Цифровая экономика как заслонка квантового скачка в «золотой век»::БИТ 01.2018
 
                 
Поиск по сайту
 bit.samag.ru     Web
Рассылка Subscribe.ru
подписаться письмом
Вход в систему
 Запомнить меня
Регистрация
Забыли пароль?

Календарь мероприятий
май    2018
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31

показать все 

Новости партнеров

25.05.2018

РАКИБ поддержал спортивный блокчейн-консорциум стран БРИКС для внедрения системы безопасности хранения данных спортсменов TELOS

Читать далее 

25.05.2018

В Москве прошел ежегодный Altium Forum 2018, посвященный инновациям в проектировании электронных устройств

Читать далее 

25.05.2018

ДИТ Москвы представил цифровую стратегию «Умный город» международным экспертам

Читать далее 

24.05.2018

Минский рекорд

Читать далее 

24.05.2018

В Крыму обсудят главные вопросы IT-безопасности

Читать далее 

24.05.2018

Федеральные эксперты расскажут все о кибербезопасности

Читать далее 

24.05.2018

РОЦИТ выпустил кибер-секьюрити сериал для детей и взрослых

Читать далее 

показать все 

Статьи

24.05.2018

Опрос. Кто в «цифре» хозяин?

Читать далее 

24.05.2018

Мы не управляем процессами – они управляют нами

Читать далее 

24.05.2018

ИТ-сфера + кинематограф + инжиниринг

Читать далее 

26.04.2018

Зачем вещам интернет?

Читать далее 

26.04.2018

Опрос. IoT на распутье

Читать далее 

21.04.2017

Язык цифр или внутренний голос?

Читать далее 

16.04.2017

Планы – ничто, планирование – все. Только 22% компаний довольны своими инструментами для бизнес-планирования

Читать далее 

16.04.2017

Цифровизация экономики

Читать далее 

23.03.2017

Сервисная компания – фея или Золушка?

Читать далее 

17.02.2017

Информационные технологии-2017

Читать далее 

показать все 

Цифровая экономика как заслонка квантового скачка в «золотой век»

Главная / Архив номеров / 2018 / Выпуск №01 (74) / Цифровая экономика как заслонка квантового скачка в «золотой век»

Рубрика: Тема номера /  Цифровая экономика


Сергей Николаевдиректор по развитию социально-экономических программ ИПРИО (Интеллектуальное партнерство по развитию и интеграции общества)

Цифровая экономика
как заслонка квантового скачка в «золотой век»

Мировое сообщество определенно нуждается в новой экономической парадигме, способной как преодолеть накопленную лавину проблем финансово-потребительского образа жизни, так и найти новые драйверы развития в ХХI веке

Мировой экономический кризис 2008 года, обусловленный тупиком капиталистической формации, вызвал в качестве защитной реакции развитие цифровых криптовалют и перезапуск мировой производственной системы. Глобальная экономика, до этого бывшая традиционно торгово-финансовой и сырьевой, приобрела новое основание – стала преимущественно цифровой по типу отношений и процессов, товаров и услуг [8] (см. рис. 1), что в совокупности может позволить обойти физические ограничения роста капитализма в посткапитализм – через виртуализацию производства и потребления.

Рисунок 1. ТОП-5 крупнейших компаний по рыночной капитализации за 2001-2016 годы

Рисунок 1. ТОП-5 крупнейших компаний по рыночной капитализации за 2001-2016 годы

Представители ведущего рыночного типа хозяйствования в мировой экономике публично заявляют с трибуны Всемирного экономического форума в Давосе, что капитализм исчерпал себя. Ограничения применимости капиталистической модели описывал еще в ХVIII веке ее основатель Адам Смит – в замкнутой экономической системе разделение труда развивается только до определенного момента, затем научно-технический прогресс замедлится и остановится [20].

По мере появления работ Маркса в XIX-XX веках шла полемика о граничности и безграничности конкурирующих формаций капитализма и социализма. Так, Роза Люксембург [9] вела ожесточенные споры с последователями марксизма, и в частности с Лениным, по конечности капитализма, но после ее смерти научные поиски данной темы были прикрыты как на Западе, так и в СССР. Некоторые видные западные общественные деятели ХХ века накануне Первой мировой войны и Великой депрессии в США публично указывали на таящиеся опасности как неизбежное следствие капиталистических отношений.

Западные аналитики уже в 1970 году предвидели достижение потолка роста капитализма (доклад Римского клуба о пределах роста). Доклад «Кризис демократии» [7], написанный президенту США в 1975-м, оставлял западной либерально-рыночной системе всего 20 лет жизни. С этого периода начались подготовка экономического удара по СССР и внутренний процесс «регулирования демократии» – мягкий демонтаж ограничителей капитала, а именно: государства, политики, гражданского общества, социальных институтов…

Капитализм в современной форме даже после удачного экономического удара по СССР, вызвавшего его распад, был уже обречен – об этом заявил в 1993 году влиятельный политолог-глобалист Бзежинский [1]: «...если не будут предприняты определенные меры к тому, чтобы поднять значение моральных критериев, обеспечивающих самоконтроль над обогащением как самоцелью, американское превосходство может долго не продержаться».

В настоящее время в точке бифуркации – выбор траектории дальнейшего развития человечества. Фиксируется попытка преодолеть родовой признак ограниченности капитализма через виртуализацию (и тем самым преодоление пределов роста физического мира) процессов производства и потребления – в форме «западного» глобалистского посткапитализма, так называемой экономики знаний в рыночной интерпретации, или когнитивного капитализма. (Нелишне будет вспомнить «всеобщий интеллект» Маркса [6] – сбывшийся через 160 лет прогноз – современное информационное общество, в котором согласно теории уже не должно быть капитализма.)

Но вместе с тем возник альтернативный «восточный» глобальный проект «сообщество народов единой судьбы» – Китай провозгласил курс на построение «общества среднего достатка» [23] через глобальные инфраструктурные производственно-торговые проекты.

Россия существенно отстает от динамики мировых лидеров в реализации парадигмально и проектно. Это выражается как в задержке по переходу на цифровизацию производственных процессов (10 лет – по технологическим платформам ЕС, 5 лет – по государственной концепции «Индустрия 4.0» Германии [2]), так и в количестве общественных обсуждений новых общественно-экономических подходов – (в 40-1300 раз в терминах «экономика знаний» [17] (см. рис. 2).

Рисунок 2. Распространенность терминов в сфере экономики знаний за период 1970-2020 год

Рисунок 2. Распространенность терминов в сфере экономики знаний за период 1970-2020 год

Необходимо отметить, что в экспертных публичных дискуссиях эти вопросы своевременно обсуждались и поднимались перед руководителями различных уровней, но, видимо, осознание очевидной реальности на уровне утверждения и реализации государственных программ происходит в России со значительными искажениями.

В этой связи новый общественный интерес к цифровой экономике порожден ожиданиями: это панацея, качественное перерождение и оздоровление общественно-экономических процессов в соответствии с запросами общества и времени или симулякр, «виртуальное казино» со старыми нежизнеспособными принципами, отвлекающими от ворот в будущее?

Цифровая экономика – при отсутствии экономики

Ведущие страны и корпорации мира активно реализуют планы вхождения в цифровую эпоху больших данных [13, с. 331-332].

Реализация четвертой промышленной революции в Германии предлагается созданием «умных заводов» – интеллектуально-модульных производств, на которых кибер-физическими системами осуществляется мониторинг процессов по протоколу «Промышленный интернет вещей», позволяющий оцифровывать реальный мир и принимать децентрализованные решения.

Созданием аналогичных структур отреагировали многие другие передовые страны. В США в 2014 году был создан консорциум промышленного интернета (Industrial Internet) – объединились крупнейшие компании в сфере ИТ, во многом инициировавшие новую технологическую гонку. Китай принял доктрину «Китайское производство 2025», в которой поставлена задача последовательно развить уровень (от 2.0 к 4.0) своей промышленности. Япония в настоящее время активно обсуждает собственные концепции Connected Factories (подключенных к сети фабрик) для своей индустрии. В России созданы Ассоциация участников рынка промышленного интернета (9 участников) и Ассоциация участников рынка интернета вещей (35 участников) в 2015-2016 годах, куда входят и зарубежные компании.

Разработки искусственного интеллекта приравнены по своей значимости к ядерному оружию и ведутся в закрытом режиме ведущими странами мира. Государства борются с цифровыми монополиями за право регулировать безграничную свободу действий под цели национальной безопасности.

Когнитивная проблема

Цифровая экономика (далее ЦЭ) – как обычно, пришедший с Запада концепт, вложенность и интерпретация смыслов которого вызывают множественность трактовок, обусловленных компетенциями толкователей.

Дефиниции совершенно разноплановые, зачастую отягощены абстрактной размытостью, нечеткостью, фрагментарностью описания:

  • экономический оборот данных, аналогичный материальному телу (гене-рация, употребление, утилизация);
  • оцифровывание традиционных экономических процессов;
  • совершенно новые, сугубо информационные сферы;
  • отождествление с электронной торговлей.

Для исследователя, взявшего на себя труд истолковать термин ЦЭ, должна быть понятна как экономика (от теорий макроуровня до микрохозяйственных практик предприятий), так и информационные технологии на уровне если не разработчика ИТ-систем, то экспертного владения. (Людей с подобными компетенциями в стране гораздо меньше числа выступающих с больших общественных трибун, что приводит к системным сбоям государственных и корпоративных политик, о чем речь пойдет ниже).

Информационные технологии (ИТ) являются сквозными, пронизывают и видоизменяют традиционные функциональность, организационные структуры, процессы, тем самым преобразуя мир. При этом сами по себе ИТ являются самодостаточным сектором деятельности, распространяющимся далеко за рамки экономических отношений, что в совокупности приводит к новым, синергетичным и множественным, самовоспроизводящимся эффектам и феноменам.

Происходит коммуникационно-когнитивное разделение на воспринимающих цифровую реальность как живую среду или остающихся в неведении в прошлом и поэтому отстающих навсегда, что впоследствии назовут «цифровым каменным веком».

Это относится и к семьям и поколениям (дети «умнее», быстрее взрослых в пользовании информацией), и к обществу в целом – неповоротливое государство и живые сетевые сообщества, разбирающиеся в новой реальности и воссоздающие ее, и к человечеству как таковому (искусственный интеллект порождает глубокие социальные трансформации, создавая миллиарды «лишних людей», выброшенных из условий постоянной трудовой загрузки как нормы жизни).

Государственная цифровая экономика

Благодаря выступлениям первых лиц государства популярность интернет-упоминаний ЦЭ резко возросла в последнее время, но при этом она ничтожно далека по объему давно используемых в живой естественной среде разработчиков и профессиональных пользователей ИТ-терминов блокчейн и биткоин [17].

Диаграмма показывает (см. рис. 3) как естественность и взрывную популярность (хайп) запросов на биткоин как новый спекулятивный инструмент с неконтролируемой эмиссией, так и искусственность только введенного конструкта ЦЭ.

Рисунок. 3 Анализ упоминаемости компонентов цифровой экономики в Рунете (2014-2017)

Рисунок. 3 Анализ упоминаемости компонентов цифровой экономики в Рунете (2014-2017)

Правительственная программа от 28.07.2017 «Цифровая экономика Российской Федерации» [14] не содержит четкого определения ЦЭ. Это неустраненное упущение, непроработанное даже после первоначальной обильной критики проекта программы. (Благодаря такой же невнятности при определении термина «инновации» во многом была провалена Стратегия-2020 [6] как надежда на качественный рывок – органы власти не понимали, что является инновациями, а что нет, и принимали (или не принимали вовсе) неточные решения.)

Из текста Программы можно сделать вывод, что разработчики понимают под ЦЭ производство товаров и услуг с использованием современных цифровых технологий, при этом «данные в цифровой форме являются ключевым фактором производства».

Необходимо отметить, что под уровнями управления в Программе указаны стратегический, оперативный и тактический. К сожалению, концептуальный уровень, определяющий новую общественно-экономическую модель, отсутствует в тексте документа, что является второй серьезной ошибкой. Отсутствие мета-системного подхода, ориентированного на сверхдолгосрочный прогноз развития, не позволит достичь стратегически успешного результата – это очевидно уже из стартовой позиции.

Из данной позиции вытекает третья, самая разрушительная ошибка. Существующую в стране систему хозяйствования сложно назвать экономикой – не работают естественные механизмы взаимодействия микроэкономических единиц, ВВП формируется бюджетооборотом социальных выплат и налоговых отчислений, транзакций крупнейших компаний в ручном договорном режиме.

Невозможно ответственно строить дом на прогнившем фундаменте. Тренд отрицательного роста уровня социально-экономического развития не переломлен – деградационные и разрушительные внутренние процессы (на что еще можно влиять изнутри системы и искоренить) ускоряются неблагоприятными внешними факторами давления (экономические и прочие санкции). Таким образом, Программа будет оцифровывать имеющуюся российскую архаику – цифровизация очередей в поликлинику, информирование о графике отключения горячей воды и т.д.

В данной постановке ЦЭ выглядит как «оцифровка руин» без радикального обновления самой структуры и ткани жизни, что на фоне растущих глобальных проектов Запада и Востока означает медленную, но неизбежную смерть российской государственности и общности людей как самостоятельного игрока истории.

Эффективность государства как стратега и исполнителя

В конце 2016 года Президент РФ Путин обратился с призывом разработать стратегию развития России [14]. Разработка Центра стратегических инициатив [24] М. Княгинина для программы Л. Кудрина по цифровизации экономики России вылилась в астрономическую сумму – 185 трлн руб. В 2018-2024 годах предполагается тратить около 30,8% ВВП в год. (Понимание не экспертов в ИТ – юриста и финансиста – выражается высказыванием: «ЦЭ – создание потоков информации о своем производстве, которые увеличивают производительность труда в разы».)

Насколько обоснованы и реалистичны такие планы в современных условиях?

Эффективность экспертов государства в сфере ИТ можно продолжить следующим: внесенный депутатом ГД РФ Ириной Яровой законопроект [4] в 2016 году по хранению цифровых данных пользователей за три года в целях борьбы с терроризмом был физически не исполним. Экспертная рабочая группа «Связь и информационные технологии» при Правительстве России предложила отказаться от поправок, но они были приняты в сокращенном варианте – уменьшение в шесть раз объема хранимых данных от первоначально задуманного.

Эффективность государства как ис-полнителя в сфере ИТ – это череда проваленных проектов и потраченного бюджета: «Электронная Россия» (77 млрд руб.), Универсальная электронная карта (170 млрд руб.). По данным Счетной палаты РФ [5], на сегодняшний день в России функционирует 339 федеральных государственных информационных систем – ФГИС (операторами которых являются 81 министерство, ведомство или подведомственная организация), причем ежегодно на их создание расходуется 103 млрд руб., и ежегодные траты на поддержание их функционирования составляют еще 90 млрд руб. Кроме того, есть многочисленные претензии к Министерству связи и массовых коммуникаций РФ по фактам нецелевого расходования средств и нарушений тендерных процедур, а также резонансное дело бывшего главы ФСИН Реймера [22], осужденного в 2017 году за кражу 2,7 млрд руб. при закупках электронных браслетов.

Эффективность государства как уп-равленческой вертикали – «майские указы» Президента РФ от 2012 года в большинстве не выполнены ввиду описанных выше особенностей целеуказания и исполнения [21].

Эффективность государства в сфере разработки стратегий была рассмотрена выше – это работа по ложным целям без методологии, при игнорировании российского экспертного сообщества.

Внутреннюю чудовищную неэффективность государственного управления демонстрирует внешний каскад больших и локальных катаклизмов в нашей стране за последние 30 лет. В текущих условиях любая программа мер, и цифровизация в том числе, обречена на сущностный провал и цифровую имитацию – необновляемые сайты-заглушки.

Эффективность корпораций по разработке цифровых форматов, прав владения на ключевую инфраструктуру, цифровые мощности и ресурсы на аппаратном и программном уровне значительны – фактически цифровой мир принадлежит десяти корпорациям. При этом нельзя не отметить парадоксальный факт [2] – число успешных внедрений ИТ-решений в бизнесе на Западе (при всем рыночном многообразии, конкуренции, открытости, традициях предпринимательства и т.д.) стабильно около 30%, остальные внедрения неуспешны по методологии проектного управления: провалы по срокам, качеству, стоимости.

ЦЭ как дымовая завеса цивилизационных разломов и истинных целей

Нельзя не отметить сложность отношений государства и цифровых сверхмонополий. Помимо борьбы за роль регулятора цифровых пространств и протоколов вплоть до насильственных реструктуризаций бизнеса через суды, у них сложился определенный консенсус в использовании ИТ. Эта направленность имеет определенный вектор «против человека» – тотальный контроль и коммерциализация внимания человека через виртуализацию отношений, потребления и развлечений в политический и экономический активы.

Цифровая экономика, реализующаяся в отсталой социальной ткани жизни подобно косметическому ремонту в разваливающемся деревянном здании с протекающей крышей, отвлекает внимание общества (но не экспертов) от глубоких цивилизационных вызовов третьего тысячелетия.

Первый вызов, сопоставимый с неолитической революцией, знаменующий поистине новый этап развития человечества, – создание полноценного искусственного интеллекта, наделенного накопленной культурой (мудростью) тысяч ушедших поколений людей, при этом самодостаточной осознанностью и неведомо-невероятной формальной логикой.

Второй вызов – запрос «просыпающегося» осознанного человечества на гармоничную справедливую общественно-экономическую модель, адекватно продолжающую развитие по пути социального прогресса, соответствующую опережающим темпам развития научно-технического прогресса, при этом органично адаптируемую под разные культуры.

Третий вызов – рост сложности мира и параллельно сужающееся окно возможностей, ресурсов и времени, когда две первых проблемы нужно решать одновременно, сотворяя из двух «минусов» один большой «плюс».

Тем не менее задача мирной, но радикальной трансформации России выполнима, со всеми настоящими и будущими сложностями исторического момента. Для реализации действительно успешных системных мер необходимы два фундаментальных основания:

  • Разработка устойчивой концепции развития на основе цивилизационных трендов социального прогресса.
  • Срочные меры по совершенствованию государства как стратегического разработчика и исполнительного механизма.
  1. Анализ упоминаемости компонентов цифровой экономики в Рунете за 2014-2017 годы. Интеллектуальное партнерство по развитию и интеграции общества ИПРИО. URL: http://ipr.io/proekty#ul-id-22-25 (дата обращения: 30.11.2017).
  2. Гореткина Е. Gartner – российским ИТ-директорам // PC Week. 06.10.2008. URL: https://www.itweek.ru/its/article/detail.php?ID=114677 (дата обращения: 30.11.2017).
  3. Декларация социального прогресса и развития ООН. Принята резолюцией 2542 (XXIV) Генеральной Ассамблеи от 11 декабря 1969 года. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/socdev.shtml (дата обращения: 30.11.2017).
  4. Законопроект № 1039149-6 «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности» от 07.04.2016. URL: http://sozd.parlament.gov.ru/bill/1039149-6 (дата обращения: 30.11.2017).
  5. Заседание Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам от 13.07.2016. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/52504 (дата обращения: 30.11.2017).
  6. Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года. URL: http://2020strategy.ru/documents/32710234.html (дата обращения: 30.11.2017).
  7. Кризис демократии. Доклад Трехсторонней комиссии по государственной способности демократий (1975 г.). М. Круазье, С.П. Хантингтон, Дз. Ватануки. URL: http://trilateral.org/download/doc/crisis_of_democracy.pdf (дата обращения: 30.11.2017).
  8. Крупнейшие компании по рыночной капитализации за 15 лет. URL: http://www.visualcapitalist.com/chart-largest-companies-market-cap-15-years/ (дата обращения: 30.11.2017).
  9. Люксембург Р. Накопления капитала. – М.; Л., 1934. – Т. 1–2. – С. 337.
  10. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Издание второе. Система машин как адекватная капитализму форма средств труда. – Изд-во политической литературы, 1969, т. 46, ч. 2, с. 201-222.
  11. Методологический комплекс МАКРОС – научно-объективные методы сверхдолгосрочного социального проектирования. Трансдисциплинарная ТОН-трибуна «Единение». URL: https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1928888440694342&id=1842691562647364&notif_id=1512048270052918&notif_t=like&ref=notif (дата обращения: 30.11.2017).
  12. Николаев С.В. Cверхмодернизационный проект глобализации по наследию Кондратьева. // X Международная Кондратьевская конференция «Научное наследие Н.Д. Кондратьева и современность». Сборник тезисов докладов и выступлений участников Конференции. Москва – Волгоград: Международный фонд Н.Д. Кондратьева, ООО Издательство «Учитель». 2017. – С.279-280.
  13. Николаев С.В. Образование в мобилизационном прорыве государства, «созидании смыслов» и формировании «контуров будущего». // Экономика России: вызовы XXI века и импульсы развития. Монография / под научной редакцией И.М. Братищева. – М.: 2017. – С. 327-242.
  14. Послание Президента РФ Путина В.В. Федеральному Собранию РФ от 01.12.16. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/53379 (дата обращения: 30.11.2017).
  15. Проект социокультурной интеграции тюркоязычных народов России и мира «Тюркский мир» (в рамках разработки синерго-стратегии «Россия-3000»). Интеллектуальное партнерство по развитию и интеграции общества ИПРИО. URL: http://ipr.io/news/zagholovok_stat_i01 (дата обращения: 30.11.2017).
  16. Распоряжение Правительства РФ от 28 июля 2017 г. № 1632-р «Об утверждении программы «Цифровая экономика Российской Федерации». URL: http://static.government.ru/media/files/9gFM4FHj4PsB79I5v7yLVuPgu4bvR7M0.pdf (дата обращения: 30.11.2017).
  17. Распространение активного применения ключевых терминов сферы экономики знаний за период 1970-2020 годов (прогноз), логарифмическая шкала. Интеллектуальное партнерство по развитию и интеграции общества ИПРИО. URL: http://ipr.io/news/zagholovok_stat_i01 (дата обращения: 30.11.2017).
  18. Реструктурирование судебной системы Российской Федерации (в рамках разработки синерго-стратегии «Россия-3000»). Интеллектуальное партнерство по развитию и интеграции общества ИПРИО. URL: http://ipr.io/proekty#ul-id-22-25 (дата обращения: 30.11.2017).
  19. Синерго-стратегия сверхдолгосрочного социально-экономического развития «Россия-3000». Интеллектуальное партнерство по развитию и интеграции общества ИПРИО. URL: http://ipr.io/proekty#ul-id-22-25 (дата обращения: 30.11.2017).
  20. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. – М.: ЭКСМО, 2007.
  21. Совместное заседание Государственного совета и Комиссии при Президенте Российской Федерации по мониторингу достижения целевых показателей социально-экономического развития России. 04.05.2017 URL: http://kremlin.ru/events/state-council/54448 (дата обращения: 30.11.2017).
  22. Уголовное дело в отношении экс-главы ФСИН Александра Реймера. Досье. ТАСС. URL: http://tass.ru/info/3576619 (дата обращения: 30.11.2017).
  23. Цзиньпин Си. Социализм с китайской спецификой вступил в новую эпоху. Агентство Синьхуа 18.10.2017 URL: https://www.russian.people.com.cn/n3/2017/1018/c31521-9281419.html (дата обращения: 30.11.2017).
  24. Цифровой революции подобрали формулу. Коммерсантъ. 30.06.2017. URL: https://www.kommersant.ru/doc/3338723 (дата обращения: 30.11.2017).

В начало⇑

 

Комментарии отсутствуют

Комментарии могут отставлять только зарегистрированные пользователи

Выпуск №04 (77) 2018г.
Выпуск №04 (77) 2018г. Выпуск №03 (76) 2018г. Выпуск №02 (75) 2018г. Выпуск №01 (74) 2018г.

           

Tel.: (499) 277-12-41  Fax: (499) 277-12-45  E-mail: sa@samag.ru

 

Copyright © Системный администратор

  Яндекс.Метрика